Разница в подходе к решению проблем у мужчин и женщин. Как она влияет на отношения с детьми?
Важно знать, что в психике мужчины и женщины существует существенная разница в подходе к решению проблем в напряженной стрессовой ситуации. И в этом отношении мужчин часто называют «мистер все улажу». То есть, в психике мужчины есть определенная микросхема, которая обеспечивает функцию решения и налаживания проблем, то есть устранение проблем. Психика женщины имеет немножко другое устройство, поэтому женщин называют «миссис все улучшу». То есть, в женской психике есть склонность усовершенствовать то, что имеется. И когда женщина, мать, ведомая этим проявлением ее природы и психики старается всегда позаботиться о своем ребенке, о своем сыне, он чувствует себя неполноценным, потому что, с точки зрения мужчины, если что-то хорошо, то это незачем улучшать. Но такую точку зрения не разделяют женщины, и это вовсе не какой-то социальный фактор или традиция у отдельных народов. Это отличия психики мужчин и женщин. Женщина может иметь склонность и хочет улучшать даже то, что достаточно хорошо. Мужчина же никогда не станет этого делать, если это, как говорится, работает. Его принцип – никогда не улучшай то, что работает.
Как это влияет на отношения между детьми и родителями?




Мужчина придерживается принципа: если ничего нельзя сделать, так нечего об этом говорить. Женщина придерживается принципа: если ничего нельзя сделать, так, по крайней мере, об этом можно поговорить. Поэтому, девочка, ищя поддержки у отца, рассчитывает на то, что проблемы, которые нельзя решить, (предположим, какое-то очень сложное отношение с одноклассниками в школе, или с учителями), рассчитывает на то, что отец, по крайней мере, даст ей поддержку в том, что выслушает это во всех тех ситуациях и во всех тех переживаниях, которые с этим связаны. Но, имея другую природу, находясь под влиянием его мужской природы, мужчина, скорее всего, начнет успокаивать, и как раз блокировать эти попытки пережить эмоции и получить сочувствие. Он может дать определенное решение, совет и сказать, например, такую фразу, что «Ничего, мы тебя переведем в другую школу» или «Не расстраивайся, в следующем году, когда закончится определенный итог, этап начальной школы, часть ваших одноклассников уйдет в другую школу, или уйдут в училища и так далее». Или он может сказать: «Да тут ничего серьезного. Собственно, в чем проблема? Ну это же не так трудно». Это все фразы, которые характерны для мужчины, которые бы он сам хотел слышать, оказавшись в аналогичной ситуации. Или он может сказать: «Это просто смешно!», или «Ну так сделай так! Так возьми просто и дай сдачи!». Когда девочка приходит и говорит, что ее обижает кто-то в классе, то мужчина может дать чисто мужской совет, который с точки зрения этикета и качеств природы девушки может быть вообще неприменим. Но кроме того, он упускает один нюанс, что в момент, когда девочка говорит о какой-то своей проблеме, она в первую очередь ищет понимания и сострадания. И ей меньше всего в этом настроении и в этот момент нужно, чтобы кто-то ей объяснял, почему ей так себя чувствовать не надо. Или мужчина может сказать: «Я чего-то не понимаю?», показав тем самым, что такой проблемы не существует. Или может сказать фразу: «Ну ближе к делу! В чем проблема? Папа уладит». Такой подход к делу свойственен мужской половине населения.
 Проблема в том, что дочь, в ситуации, когда она хочет получить эмоциональную поддержку, не хочет, чтобы отец делал ничего, кроме как просто выслушал ее. Мужчине очень трудно поверить в то, что от простого слушания могут решиться какие-то проблемы. Действительно, проблемы не могут решиться тем, что тебя просто кто-то выслушал. Но для девочки самой главной проблемой является то, что столкнувшись с какой-то трудностью, с каким-то страданием, с каким-то испытанием в этом мире, она имеет рядом людей, которые понимают и эмоционально поддерживают ее.
Мама, которая считает, что если проблема не решается, то по крайней мере можно о ней поговорить, придерживается противоположного принципа. Она, встречая в дверях своего сына пятиклассника, с синяком под глазом, считает, что с ним, собственно, ничего сделать нельзя. Она думает примерно в таком ключе: "Это жизнь, это мальчишеская реальность, это школа, это судьба, в конце-концов". Поэтому мама, вместо того, чтобы сказать те слова, которые больше всего, может быть, мальчику нужны были, эти отцовские тексты «Ну, ничего. Ничего страшного. Ну бывает. Ну, в конце-концов, все не так уж плохо», или «Ну дай, ты следующий раз возьми и дай сдачи», начинает выражать свое беспокойство. Она хочет, чтобы ребенок поделился всем тем, что он переживает, что он чувствует в этот момент. Она задает ему массу вопросов, чем абсолютно заставляет закрыться ребенка, т.е. чувствовать себя беспомощным. «Тебя ударили? Тебя сильно ударили? А кто тебя бил? А, может быть, тебя еще держал кто-то, пока тебя ударили?» То есть она расспрашивает его о том, что ребенок, мальчик, в силу особой структуры своей психики хочет поскорее забыть. Это особенность мужской психики - в ситуации стресса как можно сильней и как можно больше забыть и оставить только ту проблему, которую не решать нельзя, иначе это выльется в еще больший кризис. И когда он хочет это пережить, дать этому всему как бы утрястись, мама начинает теребить, что называется раны, и задавать массу вопросов. Но самое интересное, что это имеет обратный эффект. Такая очень нежная, трепетная поддержка матери очень часто заставляет мальчика чувствовать себя еще хуже. Во-первых, просто потому, что она ему напоминает о том событии, которое он старается забыть. А во-вторых, он чувствует себя беспомощным, маленьким, которому только что мальчишки дали в глаз, и он, трус, был недостаточно силен, чтобы дать сдачи или как-то другим образом решить конфликт. Очень часто матери, которые стараются дать заботу, то есть, понимают, что появилась необходимость в поддержке и проявлении любви к дочери, странным образом начинают вести себя как мужчины. Они тоже начинают давать своим дочерям советы, хотя отлично знают, что сами в такой ситуации меньше всего на свете хотели бы в момент серьезного потрясения, расстройства или душевной боли выслушивать чьи-либо советы и наставления. Тем не менее, мамы начинают вести себя как мужчины-отцы, произнося те же фразы, что ей произносит муж: «Ну, все не так уж плохо. Ну, бывает. Да ладно, жизнь продолжается. Чего там, все в порядке. Да, в конце-концов, руки-ноги целы и то хорошо. Да, в конце концов, мы живы и здорово все» и так далее. То есть, все те фразы, которые имеют один контекст – нет никаких оснований себя сейчас так чувствовать.
Р.А. Нарушевич

Комментарии